elshanec (elshanec) wrote,
elshanec
elshanec

Category:

ТЁТЯ НЕ МОТЯ 2

НАЧАЛО ЗДЕСЬ

В октябре 2001 года неизвестный террорист использовал почтовую службу Соединенных Штатов Америки в качестве посыльного смерти. Почтальоны даже не догадывались о том, что разносили в конвертах по домам и офисам споры сибирской язвы. Среди населения началась настоящая паника!

Синхрон Ильи Дроздова - профессор, доктор медицинских наук, директор Российского противочумного ин-та Микроб в нулевых: Почему паника началась? Дело в том, что по данным американских СМИ этот штамм был разработан в одной из военных лабораторий. Эксперты утверждали – споры сибирской язвы были специально подготовлены для применения в военных конфликтах.

Модернизированный в лабораториях штамм способен сохранятся в любых погодных условиях и, в отличие от природного, эффективнее разрушает организм человека.

16-ть смертей – именно такую цену заплатили Соединенные Штаты неизвестному биотеррористу.
Рассылка по почте спор сибирской язвы прекратилась так же внезапно, как и началась. Но цель была достигнута - отныне ни один человек на Земле не может быть уверен в том, что в его тихую и размеренную жизнь не ворвется болезнь, спасенья от которой НЕТ.



В 2001 году противочумный институт «Микроб» впервые столкнулся с проблемой биотерроризма и в нашей стране. Российские адресаты стали находить в конвертах вместо писем порошок серого цвета.
Более семисот таких подозрительных посылок прошли через научных сотрудников института «Микроб». К счастью, ни в одной из них сибирскую язву не нашли. Но каждый раз, когда объявлялась тревога, на место предполагаемого террористического акта микробиологи выезжали в полной боевой выкладке.

Наблюдая за размеренными, осторожными движениями вирусологов, начинаешь понимать, насколько опасна эта невидимая смерть.




Но монотонная работа может ослабить внимание и тогда случайно разбитая чашка, в которой находится штамм особо опасной инфекции, многократно увеличивает возможность заражения. Во время таких аварий в институте объявляется тревога и каждый сотрудник, как солдат в боевом расчете, знает, что именно ему следует делать.

Синхрон Танюши – лаборант Российского противочумного института «Микроб» с 1972 по 1995 г.г.: Была бригада, которая оделась в противочумные костюмы, вывели нас в предбоксник и стали обрабатывать. Все, что на нас было – в хлорамин. Одели все чистое, закапали нам глаза. Семидесятипроцентным спиртом прополоскали рот и обработали руки. И - в изолятор. В изоляторе с нас сняли всю одежду и замочили в хлорамине. И купались мы каждый в своей комнате. А потом я легла на постель и стала ждать своего часа.

Синхрон Ильи Дроздова - профессор, доктор медицинских наук, директор Российского противочумного ин-та Микроб в нулевых: Каждый год в нашей стране от вирусных инфекций болеют 30 миллионов, а во всем мире 2 миллиарда человек. Из них 17 миллионов гибнут. Около 50 тысяч человек ежедневно умирают от инфекционных патологий.

В ноябре 2002-го года весь мир был напуган вспышкой атипичной пневмонии в Китае. Но карантинные мероприятия, ужесточившие правила въезда граждан Китая в другие страны, не смогли остановить неизвестный вирус на государственной границе.
В результате вспышки эпидемии атипичной пневмонии в тридцати странах мира было выявлено более восьми тысяч инфицированных. Каждый десятый больной умер.

Китай, Индия, Вьетнам, Монголия, Африка, южные и дальневосточные районы на территории бывшего Советского Союза – вот, далеко не полный перечень, мест, где в сложных условиях приходилось работать российским вирусологам и эпидемиологам.

Синхрон Танюши – лаборант Российского противочумного института «Микроб» с 1972 по 1995 г.г.:
У нас, у каждого, дома был тревожный чемоданчик. Внутри – смена белья, туалетные принадлежности, ну, и книжка какая-нибудь. Поднять могли среди ночи. Телефона у нас дома не было, и за мной из института приходил посыльный. Был даже норматив, время, за которое я была обязана добраться до института после объявления тревоги. А на проходной стоял человек с секундомером и отмечал точное время прибытия сотрудников. Ни разу не опоздала.


После одной из таких тревог Танюша исчезла из дома на три месяца. Ее мама, моя бабушка, ходила в институт узнавать, все ли в порядке с дочерью и нужно ли высылать деньги, продукты и вещи, и на какой адрес?
А какой адрес в степи?




Синхрон Танюши – лаборант Российского противочумного института «Микроб» с 1972 по 1995 г.г.: По-всякому было. Иногда, только голая степь, несколько палаток и каждый день одни и те же лица. И вроде бы знаешь всех, как облупленных, а нет-нет и сорвется кто - все же живые люди. А в степи куда уйдешь? Все же, как на ладони. Даже в туалет проблема сходить. Вода привозная, в бидонах. Но и ее пили через марлю.




Синхрон Танюши – лаборант Российского противочумного института «Микроб» с 1972 по 1995 г.г.: Сейчас вспоминаю, нет, все равно интересно было. Однажды работали на холере у чабанов. У овец как раз окот начался, а принимать почти некому – заразились люди. И я стала овечьей повитухой.
Чабаны потом нам стол накрывали в благодарность. Ну, как стол, на ковре в юрте угощали нас. Я тогда первый раз в жизни попробовала чай с овечьим жиром. Жуткая гадость!





Больше тридцати лет прошло, а как сейчас помню – саратовский ж/д вокзал. Бабушка, дедушка и я бежим вдоль поезда Астрахань-Москва и всматриваемся в окна вагонов. Перрон низкий, окна бликуют, в каком из них Танюша?!
- Нина! – кричит дедушка жене, - ты куда?! Она здесь!

Но бабушка и сама уже видит в окне Танюшу. И я вижу. Пышные кудрявые волосы, за них Танюшу в институте прозвали Анжелой Девис, очки в пол лица и слезы по щекам. Тетушка смотрит на нас через окно плацкартного вагона и, молча, плачет.

- Михаил, помоги забраться! - дед подсаживает жену на высокую ступеньку и она исчезает в вагоне.
- Я думала, никогда уже домой не вернусь, - сквозь слезы улыбается Танюша на перроне.

***
О другом, не менее страшном заболевании – оспе, человечество узнало гораздо раньше чумы. Оспа считалась детской болезнью наряду со скарлатиной и корью, но это не мешало вирусу убивать и взрослых людей. Именно оспа была причиной тому, что население на планете не увеличивалось, несмотря на высокую рождаемость. Эта болезнь преследовала человечество вплоть до двадцатого столетия. Ученым так и не удалось создать эффективных средств лечения от оспы. А противооспенную вакцину назвать панацеей можно было только с большими оговорками.

Синхрон Светланы Маренниковой - главный научный сотрудник Института молекулярной биологии НПО "Вектор", доктор медицинских наук, профессор; член-корреспондент РАЕН (1991); эксперт ВОЗ по вирусным инфекциям: Вакцина может помочь в первые четыре дня после контакта. Если вы успеваете в четыре дня после первого контакта с больным, то вы имеете очень большие шансы не заболеть. А если заболели, то перенесете эту инфекцию в очень легкой форме.

Наибольшей опасности возникновения эпидемии оспы подвергались страны Азии и Африки, но в 1959 году угроза возникновения эпидемии стала вполне реальной и для Москвы.

Синхрон Виктора Зуева – доктор медицинских наук, вирусолог: В конце 1959 года в Москву прилетел из Индии художник Кокарекин. Он участвовал в похоронах брамина, умершего от оспы и присутствовал при ритуале сожжения хижины, в которой этот брамин жил. Кокарекин заразился, но понятия об этом не имел.

Уже дома Кокарекин почувствовал себя плохо и обратился за помощью в Боткинскую больницу. Его госпитализировали и положили в палату к больным гриппом. Однако вскоре состояние художника настолько ухудшилось, что врачи переместили пациента в отдельный бокс.

Синхрон Светланы Маренниковой - главный научный сотрудник Института молекулярной биологии НПО "Вектор", доктор медицинских наук, профессор; член-корреспондент РАЕН (1991); эксперт ВОЗ по вирусным инфекциям: Несмотря на то, что он попал в Боткинскую больницу, и там были крупные инфекционисты, все-таки диагноз ему не поставили. Ему поставили чуму.

Точку в диагнозе Кокарекина поставили патологоанатомы – натуральная оспа.

Синхрон Виктора Зуева – доктор медицинских наук, вирусолог: Но в это мало кто поверил. В 1959-м году оспа в Москве казалось совершенно невероятной!




Однако необходимые в таких случаях меры безопасности были приняты немедленно. Боткинскую тут же перевели на казарменное положение. За людьми, которые находились в непосредственном контакте с погибшим от оспы художником, началась настоящая охота. В общей сложности удалось выявить более восьмисот человек, чьим жизням угрожала смертельная опасность. Все они были изолированы и содержались в карантине. Но, несмотря на усилия инфекционистов, в Москве начали регистрироваться новые случаи заболевания оспой.

Количество больных стремительно увеличивалось. Каждый из них требовал постоянного лабораторного исследования. Виктор Зуев был первым, кто вошел в палату оспенного больного, отлично понимая, чем именно это ему грозит.

Синхрон Виктора Зуева – доктор медицинских наук, вирусолог: Как выяснилось потом, я был плохо привитым. Меня привили очень неэффективной вакциной. Но все закончилось для меня благополучно только потому, что я скрупулезно выполнял все требования противочумного режима при общении с больными такого рода инфекциями. Если предписывалось - надеть три халата – надевал их. Предписывалось надеть лишнюю пару перчаток – надевал. Только благодаря таким мерам защиты мне и удалось избежать заражения.

За смертельный риск микробиологам хорошо платили. Имея незаконченное высшее образование, тётушка получала 250 рублей. Это в два раза больше средней зарплаты по стране. Танюша училась на заочном в Саратовском государственном университете. После работы шла на лекции и домой возвращалась заполночь. На нашей улице горел только один фонарь и отец Танюши, мой дед, в любую погоду шел встречать дочь.

Отличную зарплату тётушка тратила на путешествия по стране. Иногда брала меня с собой. Это мы в Калининграде, рядом с Музеем янтаря.


Танюша на заднем плане, в центре. В очках и кудряшках.

Больше всего в музее меня поразил здоровенный макет атомного ледокола Ленин. Сколько янтаря ушло на его изготовление не помню.

Синхрон Танюши – лаборант Российского противочумного института «Микроб» с 1972 по 1995 г.г.: Книжки еще покупала. Бывает, зайдешь в магазин в каком-нибудь ауле, а там «Золотой теленок» или Зощенко стоят и не нужны никому. Скупишь полмагазина и чемодан неприподъемный.

А еще Танюша в молодости любила конфеты. В отдаленных аулах их тоже любили, поэтому конфетами тётушка затаривалась в Москве.

Синхрон Танюши – лаборант Российского противочумного института «Микроб» с 1972 по 1995 г.г.: Однажды на поезд опаздывала. Пять минут до отправления, Я бегу по перрону Павелецкого вокзала, мой чемодан один МНС (младший научный сотрудник) тащит. И перед самым вагоном молния на чемодане разошлась. А в чемодане конфеты битком. Разные. Проводник смотрит, как мы по перрону елозим и ухмыляется. А МНС мне и говорит: Танюша, из-за вашей любви к сладкому обо мне могут подумать, что я спекулянт!

Когда тётушка возвращалась из командировок в Астраханскую область, она всегда привозила черную икру. Паюсная стоила 25 рублей за килограмм, зернистая – сорок. Это были цены браконьеров. Именно браконьеры научили Танюшу, как реанимировать паюсную икру до состояния зернистой: наливаешь в чашку молока и кладешь в него столовую ложку паюсной. Смятые икринки разбухают и становятся похожи на дорогую зернистую.

Синхрон Танюши – лаборант Российского противочумного института «Микроб» с 1972 по 1995 г.г.: Икру еще и довезти нужно было – милиционеры ходили по поездам и отлавливали спекулянтов икрой. Им же не объяснишь, что для себя. Вот мы эту икру брикетами по целлофановым пакетикам фасовали, потом – в марлю и вокруг себя обматывали, как раньше пояса с деньгами. Страшно, конечно, но родителей хотелось побаловать, сестру и тебя.

Благодаря контрабандной деятельности Танюши, в детстве я был убежден в том, что черная икра - не дефицит.

***
После успешной ликвидации эпидемии оспы в Москве, советские ученые задались вопросом – возможна ли полная победа над этой болезнью во всем мире?

Синхрон Светланы Маренниковой - главный научный сотрудник Института молекулярной биологии НПО "Вектор", доктор медицинских наук, профессор; член-корреспондент РАЕН (1991); эксперт ВОЗ по вирусным инфекциям: Если существует в природе вирус, это значит, что говорить о ликвидации болезни вы не можете. Но в результате было выяснено - природного резервуара оспы не существует.

Это открытие позволило ученым Советского Союза инициировать программу глобальной ликвидации оспы на Земле. Именно наша страна была самым активным участником этого проекта, в рамках которого поставила более восьмидесяти процентов всей противооспенной вакцины нуждающимся в ней странам.




Заключительным этапом борьбы с этой болезнью стало выявление оспенных больных, живущих в недоступных джунглях Индии. Ученые делали фотографии людей зараженных вирусом оспы в различных стадиях и показывали их местному населению. Благодаря такой тактике к концу семидесятых годов оспа на Земле была окончательно побеждена.

Синхрон Светланы Маренниковой - главный научный сотрудник Института молекулярной биологии НПО "Вектор", доктор медицинских наук, профессор; член-корреспондент РАЕН (1991); эксперт ВОЗ по вирусным инфекциям: Вакцинация против оспы была отменена в декабре 1979 года. У нас продолжали вакцинироваться военные, но потом и это было отменено.

В 90-е выяснилось – государство не способно платить большей части сотрудников «Микроба». Танюшу попросили написать заявление по собственному желанию. Поначалу тётушка пыталась остаться в институте хоть кем. Хоть полы мыть. Но потом махнула рукой и написала «по собственному».

Как-то спросил её:
- скучаешь по своему «Микробу»?
- уже нет, - грустно улыбнулась Танюша.




ТИТРЫ
Tags: ТВ, работа, семья, фото
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 38 comments